ВЕРУЯ В ЛЮБОВЬ
или 27 лет счастья истинной мусульманки

Гузалия-ханум

 Говорят, что первая любовь - чувство светлое, запоминающееся, но не долговечное, не на всю жизнь. Но 27 лет совместной жизни в любви и согласии опровергает это мнение. Столько лет Гузалия ханум (супруга Гусмана хазрата Исхакова, председателя Духовного Управления мусульман РТ, муфтия) является хранительницей семейного очага.

 -Гузалия-ханум, когда и как вы познакомились со своим будущим?
 - Мы жили в поселке Мирный, под Казанью, учились в 129-ой школе. Наши младшие сестры учились в одном классе, и мы часто встречались на переменках, когда приходили их проведать. А еще мы часто виделись, потому что его класс шефствовал над нашим. В классе пятом он по-мальчишески пытался обратить на себя мое внимание: дергал за косички, мог задеть портфелем. Наверное, тогда у него и появилась ко мне симпатия.
  - А вы обращали на него внимание?
  - Сейчас, вспоминая те годы, я понимаю, что его невозможно было не заметить. Он был, как говорят, школьным активистом. Куда бы я ни пришла - будь то собрания, субботники, соревнования или другие школьные мероприятия - везде видела Гусмана в числе организаторов или активных участников. И, конечно, такой мальчик не мог не понравиться.
 - С чего началась ваша дружба?
 - Можно сказать, что как таковой дружбы и не было. Моя мама была очень строгой женщиной - вечерние прогулки, походы на танцы не приветствовались в нашей семье. Основное общение было в школе. Иногда Гусман находил повод забегать к нам домой со своей младшей сестренкой. Еще, он мог проводить меня со школы домой. А так, чтобы ухаживать, как это бывает - нет, этого не было. Помню только единственный случай, когда уже в старших классах на школьном вечере мы танцевали вместе. Он окончил школу раньше меня и ушел служить в армию. Я же после окончания школы поступила в филиал Московского торгового института (ныне Коммерческий) на учетно-экономический факультет. Обучение было заочным, и я работала бухгалтером.
 - Как же дальше развивались ваши взаимоотношения?
 - После службы в армии Гусман поступил в Бухарское медресе «Мир-Араб». Два года мы переписывались. Он писал очень трогательные письма, иногда в стихах. Для меня Гусман в этих письмах открылся с новой стороны. Кстати, все письма я сохранила. Раньше перечитывала, но потом для себя поняла, что жить прошлым нельзя. Нельзя гневить аллаха, испытывать судьбу, когда в настоящем у тебя все хорошо.
 - Его мама, Рашида абыстай, даже в советские времена, никогда не скрывала своей религиозности и всех своих детей воспитала в духе Ислама. Вам, наверное, на первых порах было трудно?
 - Нет, что вы! (смеется) Мне кажется, все это - домыслы от незнания, непонимания и нетерпимости. Я ведь тоже многого не знала. Была, как говорят, светской девушкой. Но он никогда не навязывал и не указывал, тем более не насаждал свои религиозные взгляды. Это ко мне пришло само. А он только очень деликатно, доходчиво объяснял и привел меня к пониманию его образа жизни, который стал и моим. К тому, что есть обязанности мужчины перед матерью, женщины перед мужем, а у всех вместе - перед Всевышним. Кстати, у нас была одна из первых безалкогольных свадеб. В то время это было очень необычным и непонятным явлением таким, что некоторые из его и моих друзей не приняли наш выбор.

Гусман-хазрат и Гузалия-ханум

- Какой он муж?
- Разные периоды были в нашей жизни. Мы снимали квартиру в узбекском доме, где кроме голых стен и цементного пола ничего не было. А когда я с десятимесячным сыном переехала за ним в Уфу, где он работал секретарем у муфтия, у нас первое время не было своего жилья. Ночевали в его рабочем кабинете. Днем я готовила обеды для служащих духовного управления. Сын же был со мной. Первое жилье появилось только через 5 лет, когда мы переехали в небольшой городок Октябрьский в Башкирии. Я это рассказываю, не вспоминая трудности, а просто потому, что за 27 лет совместной жизни мы прошли, как говорится, все: и огонь, и воду, и медные трубы. Но со мной рядом был Гусман - моя первая и единственная в жизни любовь. Его мама ему всегда говорила и воспитывала его так: «Улым, узеннен кадеренне белясен кился, хатыннынны эшлятмя». К сожалению, дословный перевод (Если хочешь узнать себе цену, не заставляй жену работать) несколько теряет истинный смысл. Имеется в виду, что жена - хранительница очага, а муж - добытчик. И сейчас я понимаю, что только тогда мужчина сможет себя проявить как мужчина. Только тогда он сможет достичь успехов и в своей работе. Никогда передо мной не стояла проблема зарабатывания денег. Это было его обязанностью. Я всегда знала, что он сможет обеспечить семью. Даже учась в медресе, он на четвертом курсе начал подрабатывать - преподавал арабский язык младшим курсам. А дома он всегда был заботливым и внимательным мужем.
 - Как вы относитесь к его работе?
  - Да, Вы правильно подметили, быть имамом, муфтием - это работа и порой очень сложная, особенно психологически. Для того чтобы стать муфтием, одних знаний недостаточно, нужен еще и опыт, и умение контактировать с людьми разного уровня, будь-то члены правительства или простые люди. А он не видит в людях плохое. Меня это очень удивляло и расстраивало. Были случаи, когда люди предавали, поворачивались к нему спиной. Я даже говорила ему: «Неужели ты не видишь, как этот человек плохо к тебе относится?» Но он действительно этого не видит. Сейчас я уже привыкла к тому, что он так относится ко всем людям, просто он такой человек. Еще есть у Гусмана такая черта характера - он не может жить достигнутым. Ему всегда необходимо ставить перед собой задачу и стараться выполнить ее, как бы сложно не было. Когда мы приехали в Октябрьский, начинать строительство новой мечети (старая была маленькой и в плачевном состоянии) было очень сложным делом, потому что это был 1985 год. Но он никогда не бросал начатого дела и довел строительство мечети до конца.
 - У вас пятеро детей, расскажите о своих детях. Каких принципов в воспитании вы придерживаетесь?
 - Да, у нас сын и четыре дочери. Мы стараемся воспитывать своих детей в религиозном духе. Никакого навязывания, принуждения нет, они родились в этой атмосфере. Опять же повторюсь, что это может удивлять только тех, кто не хочет понять и принять. Они учились и учатся в обычных школах, потому что невозможно и нет необходимости изолировать детей от действительности. Никаких помощников дома со стороны не было. Как во всех многодетных семьях, старшие дети помогали «воспитывать» младших. А еще хочу сказать, что в молодости я отметила очень трогательные отношения среди родственников мужа. Мне это очень нравится, и я старалась привить нашим детям такие же чувства и умение сопереживать, когда плохо или, образно говоря, что-то «болит» у сестры, у другой - должно «болеть» больше. Они очень дружны, и меня это радует. К примеру, старшая дочь вышла замуж, родила сына, живет вдали от нас и сейчас опекает своего старшего брата и сестренку, как мама.
 - Всем известно, что отец играет огромную роль в воспитании детей. Что вы можете сказать о муже, как об отце?
 - Он очень добрый папа, я мама строже. Дети его очень любят, по взгляду всегда видят, чувствуют его настроение. Особой лаской, конечно же, окружена самая младшая - ей десять лет.
  - Вы производите впечатление спокойного, уравновешенного человека.
  - Мне кажется, что с годами я стала терпимее. Раньше хотелось и сказать что-то. Позже пришло понимание, что не все и не всегда надо высказывать другому человеку. Лучше не сказать, чем потом сожалеть о сказанном слове, которое может ранить или причинить страдание. Я стараюсь жить по законам веры, стараюсь делать что-то хорошее для людей и чувствую от этого тепло в душе (улыбается).

Вся семья

 -Вы - счастливая женщина?
 - Да, я счастлива. У всех по-разному складываются взаимоотношения в семье, но я с годами испытываю еще более теплые чувства к своему мужу (смущается). Мне кажется, что я его еще больше люблю.


Лейла Сибгатуллина, «Женское счастье».