О призыве к единству мусульман Мордовии

Об этом говорится в статье автора учебника «Основы исламской культуры А. В. Мартыненко, преподавателя Мордовского государственного педагогического института им. М. Е. Евсевьева, г. Саранск.

Ф. Шафиев

Этот отрывок взят из статьи «Православно-исламский диалог в республики Мордовия: проблемы и перспективы», опубликованной в сборнике «Общественно-политическая мысль и духовная культура народов Поволжья и Приуралья (XIX–XX вв.). Проблемы изучение: Сборник статей и сообщений научной конференции, посвященный памяти профессора С. М. Михайловой / под редакцией Г. П. Мягкова, Р. А. Набиева. — Казань: Изд-во Казан. гос. университета, 2008. — 512 с.
Примечательно, что в Республике Мордовия с конца 1990-х гг. инициатором межконфессионального диалога выступила русская православная церковь (и последнее обстоятельство во многом обусловило его своеобразие). Основной формой данного диалога в Мордовии стало вовлечение представителей мусульманского духовенства, мусульманской образованной элиты в общественно-просветительские мероприятия, проводимые по инициативе Саранской епархии РПЦ.
Например, представители двух муфтиятов республики, а также исповедующей ислам татарской интеллигенции приняли деятельное участие в работе съезда православной молодежи Приволжского Федерального общества (декабрь 2002 г.), а также научно-просветительского форума «Здоровье нации — область социального партнерства государства, общества и церкви» (ноябрь 2003 г.). Большую роль в организации диалога с мусульманской общественностью Мордовии играет Саранское духовное православное училище Саранской епархии РПЦ (к слову, на сегодняшний день это единственное официально зарегистрированное конфессиональное учебное заведение республики).
Вовлечение православного и мусульманского духовенства в межкультурный диалог происходит и в рамках светской системы высшего образования Мордовии. Так, православные священнослужители и представители мусульманского духовенства не раз принимали участие в межвузовских научно-практических конференциях гуманитарного характера, проводимых на базе Мордовского государственного университета и Мордовского государственного педагогического института.
Ярким примером такого участия стал круглый стол по религиозному экстремизму, проведенный в Мордовском государственном педагогическом институте 30 марта 2006 года.
Организаторами круглого стола «Россия в опасности: экстремизм рядом» стали Мордовское отделение молодежного политического движения «Наши», Центр гражданского общества и Мордовский государственный педагогический институт.
В работе круглого стола приняли участие: И. Карпов, комиссар движения «Наши» (ведущий); диакон А. Кураев, профессор Московской Духовной академии, известный православный богослов и публицист; Ф. Шафиев, проректор Казанского исламского колледжа, выпускник Исламского института Медины (Саудовская Аравия); отец Спиридон, благочинный Макаровского подворья Саранской епархии РПЦ; С. Бахмустов, краевед, доцент Мордовского государственного университета; Н. Зорина, председатель Саранского общества глухонемых; философ Г. Шулугина и востоковед А. Мартыненко (автор данной статьи) — доценты Мордовского государственного педагогического института. Присутствовали студенты и преподаватели вузов, представители республиканских СМИ, а также родственники лиц, пострадавших от деятельности тоталитарных сект.
В своей вступительной речи ведущий круглого стола И. Карпов обозначил в общих чертах его проблематику: в стране действует огромное количество религиозных групп сектантского и тоталитарного типа, которые открыто пользуются закрепленной в Конституции РФ свободой вероисповедания. Не стала исключением и Мордовия. Если в начале 1990-х гг. в Саранске действовали проповедники «Белого братства — ЮСМАЛОС», то в настоящее время в столице республики очень активны «Свидетели Иеговы», объединившие в своих рядах более 250 человек. «Наши» не первый год ведут против иеговистов борьбу в форме пикетов и митингов; однако успехов больших не дос¬тигли: единственным результатом развернутой ими кампании стало то, что иеговисты были вынуждены поменять место своих молитвен¬ных собраний. И. Карпов обратился к участникам круглого стола с риторическими вопросами: как не попасть в секту? какова роль об¬щественных институтов и государства в нейтрализации религиозно¬го экстремизма?
Затем был показан видеоматериал о ваххабизме и было предоставлено слово для выступления участникам круглого стола. Диакон А. Кураев начал с того, что термин «секта» вообще отсутствует в юридическом языке, чем умело пользуются сами сектанты. В трак¬товке профессора Московской духовной академии сектой следует считать группу верующих, отделившихся от христианской церкви; по его мнению, в современном контексте под сектой следует понимать «любую религиозную деятельность вне Церкви Христовой и в про¬тивовес ей». Со свойственным его выступлениям эпатажем А. Кураев заявил, что сектанты — это «лучшие люди России», поскольку им «что-то интересно, кроме телевидения», пояснив далее, что это «хо¬рошие люди в плену у дурных доктрин», которые «дают фальшивые ответы на нефальшивые вопросы». Говоря об опасных последствиях деятельности сект, А. Кураев обозначил два дискурса. Во-первых, это религиозный дискурс, связанный с вопросами личного спасения ве¬рующего: попавший в секту человек, по образному выражению пра¬вославного мыслителя, может «разминуться с Богом»: «Сектантское мировоззрение размывает язык нашей культуры». Другая сторона рассматриваемой проблемы — это своеобразная «утечка мозгов» и усиление в общественном сознании «мракобесия», которое было обозначено выступающим под такими названиями, как «эзотериче¬ский каббало-буддизм», «неоязычество», «нью-эйдж». Его пропо¬ведниками «выступают телеканалы, рассказывающие о целителях, новом прочтении Библии и т.д. В практическом смысле, — подыто¬жил А. Кураев, — главная опасность сектантства и оккультизма со¬стоит в разрушении лучшего советского наследия — высокого статуса науки». В заключении А. Кураев выступил за разработку интеллек¬туальной элитой страны «техники религиозной безопасности» и призвал своих слушателей не вступать в секты.
Ф. Шафиев начал свое выступление с признания наличия экстремистов в отдельных религиях, в том числе — в исламе, констати¬ровав: «Сегодня в мире нет ни одного государства, которое жило бы по основным законам ислама. Даже Ближний Восток не является мусульманским миром в истинном смысле этого слова». Но он подчеркнул, что применение таких терминов, как «исламский терроризм» и «христианское убийство» неуместно, поскольку любое отождествление религии с экстремизмом губительно, не во благо нашего общества: «Ислам — мирная религия и за всю историю человечества никакого отношения к терроризму не имела. Да, безусловно, история знает множество войн, в которых участвовали представители обоих конфессий, но то была чистая политика, а не религиозные распри. Основной принцип ислама, как и христианства — не убий. Также мы проповедуем равенство по отношению ко всем народам. Пророк Мухаммад учил, что все равны перед Всевышним, даже инаковерующие. Поэтому те, кто совершают теракты со словами: «Аллах велик», — нарушают его основные заповеди, а, значит, не имеют никакого отношения к исламу». В качестве эффективного пути решения проблемы Ф. Шафиев предложил опыт Республики Татарстан, где во второй половине 1990-х — начале 2000-х гг. была выработана модель противостояния экстремизму путем поддержки властями религиозных традиций.
Примечательно, что после «круглого стола», в интервью корреспонденту еженедельника «Столица С» Ф. Шафиев признал наличие проявлений исламского экстремизма в Мордовии и, в частности, дал характеристику основателю группы ваххабитов села Белозерье Ромодановского района РМ, проповеднику Абузару (О. Марушкину): «Несколько раз я встречался с Абузаром. По моему мнению, этот человек абсолютно безграмотен в религиозном плане. К сожалению, ему удалось завербовать в свою общину с десяток жителей республики, что говорит о духовном невежестве этих людей». Прокомментировал мусульманский богослов и проблему организационного раскола российских мусульман, на примере муфтиятов РМ: «В Мордовии существует два духовных управления. И это в то время, когда в мусульманской общине страны решается вопрос объединения! К этому призывает и председатель совета муфтиев России Равиль Гайнутдин». (Столица С. 4 апреля 2006. С. 3).
Но вернемся к ходу круглого стола. Следующий его участник (отец Спиридон в своем сообщении подчеркнул, что только силами государства сектантскому экстремизму противостоять невозможно. Он также поддержал идею сотрудничества традиционных конфессий России (православия и ислама) в области религиозного просвещения антисектантской направленности. Главную опасность сект православный священник усматривал в том, что за фасадом внешней благожелательности эти организации, по сути, проповедуют «религиоз¬ную нетерпимость и ненависть».
Г. Шулугина в своем сообщении представила обзор базовых классификаций и типологий церквей и сект, разработанных в рамках гуманитарных наук ХIХ-ХХ веков А. Мартыненко обозначил основ¬ные направления и тенденции развития мусульманского фундамен¬тализма (ас-салафийа) в зарубежном мире и в России, а также оха¬рактеризовал отдельные разновидности современного салафийа (ихван аль-муслимин Египта, талибы Афганистана и, конечно, вах¬хабиты, активно действующие сегодня в РФ). Не отрицая реальной угрозы исламского экстремизма для России, А. Мартыненко призвал не отождествлять ислам, создавший великую цивилизацию и бле¬стящую культуру, с отдельными радикальными течениями, апелли¬рующими к исламскому наследию, а также высказался за необходи¬мость государственной поддержки ислама суннитского толка как традиционной (наряду с РПЦ) конфессии России.
Общий итог круглого стола очевиден: представители право¬славного и исламского духовенства, общественных и политических организаций, ученые и преподаватели вузов были, по сути, едины в признании проблемы религиозного сектантства в РФ и РМ, равно как и в признании необходимости противостоять экстремизму на религиозной почве силами государства, традиционных конфессий, общественного мнения. К слову, традиция организации подобных дискуссий в Мордо¬вии продолжается: например, «круглый стол» по проблемам и пер¬спективам православно-мусульманского диалога состоялся в стенах Мордовского государственного университета 13 сентября 2007 г. Не обошла эта дискуссия и Республику Мордовия, в которой в 2006-2007 учебном году также был введен школьный предмет «Ос¬новы православной культуры». Но Министерство образования рес¬публики пошло на своеобразный эксперимент, введя в новом, 2007-2008 учебном году преподавание в школах еще одной дисциплины — «Основы исламской культуры». Автору данной статьи выпала честь принять участие в создании учебника, ставшего одним из первых учебных пособий такого рода в Российской Федерации. (Мартыненко А. В. Основы исламской культуры: учеб. для 8 кл. общеобразоват. учреждений. Саранск, 2006.) О результа¬тах «мордовского эксперимента» с параллельным введением препо¬давания в школах «православного» и «исламского» предметов гово¬рить преждевременно. Но сразу стало очевидно, что «накал стра¬стей», разгоравшихся вокруг этой ситуации (речь идет о недовольст¬ве духовных лидеров местной аль-уммы), был несколько снижен. В целом, перспективы и особенности эволюции православно-мусульманского межкультурного диалога напрямую обусловлены основными тенденциями дальнейшего социально-политического и культурного развития российского общества и российской государ¬ственности, неотъемлемой частью которой является Республика Мордовия.